Деятельность Ибрагима Алтынсарина на ниве народного образования казахов принесла ему почетное звание Просветителя. А где просвещался и образовывался сам Алтынсарин? В Оренбурге, в школе для казахских детей при Пограничной комиссии. Алтынсарин был среди первых выпускников этой школы, открытой 1 августа 1850 года. А вот про то, что это была за школа, стоит рассказать отдельно.
Школа для казахских детей, созданная русскими властями
«Положение о школе для киргизских детей при Оренбургской Пограничной комиссии» было утверждено еще в июне 1844 года. Предполагалось, что обучаться будет 30 «воспитанников киргизов».
Главной задачей Школы, кроме обучения казахских мальчиков русскому языку, ставилось «приготовление способных людей к занятию по пограничному управлению мест письмоводителей при султанах-правителях», а кроме того «исправлению и других областей, в которые исключительно назначаются киргизы».
Другими словами, в те годы почувствовался изрядный дефицит в образованных посредниках между степными иерархами и колониальной администрацией. Его-то и должны были как-то восполнить выпускники означенной школы.
В Школу принимали ребят в возрасте 8-12 лет (Алтынсарину при поступлении было 9). По Положению все кандидаты должны были состоять «исключительно из одних киргизов». Вдобавок, «преимущественно из таких, коих родители оказали услуги правительству или же известны по своей особой оному преданности».
Как известно, отец Ибрагима – Алтынсары, погиб, защищая родной аул от отряда Кенесары Касымова в 1844 году, когда Ибрагиму было еще три года. После этого мальчик воспитывался у бия Балгожи Джанбурчина, своего деда. Радениями которого и попал в открывавшуюся школу.
Обучались в Школе семь лет. Всего вместе с круглым отличником Алтынсариным в 1857 году выпустилось 20 одноклассников. А еще восемь товарищей, не справившихся с «выпускными испытаниями», были оставлены «на второй год».
Программа образования и нюансы обучения
Главный упор в учебной программе делался на языки. Кроме русского, преподавался татарский, арабский и персидский. Так что учащиеся занимались не только русским «письмом под диктовку со строгим соблюдением грамматических правил», но и «писали по правилам каллиграфии восточных языков». Восточные языки преподавал башкир Мирсалих Бекчурин, известный востоковед (хотя, возможно, он работал уже после выпуска Алтынсарина).
Школьная форма
Много времени уделялось изучению Корана. И его правильному толкованию. Законам ислама обучал воспитанников сам ахун главной Оренбургской мечети Усман Мусин. Еще в курс обучения входила арифметика, делопроизводство, «порядок производства следствий». И гимнастика.
Каково было качество образования? Достаточно высокое.
Востоковеда Н. И. Ильминского, столкнувшегося с Алтынсариным в 1859 году, Ибрагим «поразил своею необыкновенной любознательностью именно к русскому языку» на котором он «читал книги русские, газеты, журналы».
О том, что представляла из себя Школа, мы можем узнать из записок художника А. Ф. Чернышева, который оставил не только несколько зарисовок с натуры, но и подробное описание увиденного.
Школа располагалось в одном большом одноэтажном здании («с колоннами») на Большой улице Оренбурга, рядом с Пограничной комиссией. Учащиеся жили тут же, в интернате, и находились на полном обеспечении государства.
В классной комнате, очень просторной и светлой, в два ряда стояли столы для учащихся, у которых, при таком расположении, не было никаких «задних парт». На стенах висел портрет «августейшего покровителя просвещения», расписание занятий и нравоучительные изречения из Корана.
Общая спальня в школе
Все учащиеся жили в одной спальной комнате – дортуаре – и спали на одинаковых железных кроватях, застеленных матрацами из конского волоса, простынями и верблюжьими одеялами с холщовыми пододеяльниками. А спали воспитанники по 10 часов – с 9 вечера до 7 утра. Рядом с дортуаром была умывальная комната, с огромным медным умывальником посередине и «станок для гимнастических упражнений» в зимнее время.
После уроков
Была в школе и «буфетная». Полноценное питание считалось залогом хорошей учебы. Впрочем, в городском интернате также никто не принуждал ребят к чужой пище.
Сохранился любопытное меню школьной столовой. На завтрак (в 8 часов утра) воспитанники получали «калмыцкий чай» (кирпичный, соленый, с молоком и маслом). А на ужин (в 8 вечера) – неизменное «горячее с бараниной и куртом».
Самым разнообразным меню отличался обед (в полдень). Так, в воскресение, давали бешбармак, лапшу с куртом и жаркое из баранины с картофелем. В понедельник – суп из полбы с бараниной, просяную кашу с маслом, жаркое. Во вторник – лапшу с бараниной и куртом, полбенную кашу с маслом, жаркое. И так далее.
Была у воспитанников и своя школьная форма. И не одна – несколько. «Парадная» (зимняя и летняя), зимняя «классная» (повседневная), летняя «кочевая» и зимняя верхняя. Последняя предназначалась для зимних прогулок на чистом воздухе и состояла из башлыка, подбитого лисьим мехом, и кафтана из верблюжьего сукна.
Не последнее место в Школе занимала «школьная больница». Здоровью воспитанников в Школе придавали важное значение. Потому их сразу же по принятии приучали (и заставляли!) соблюдать все нормы гигиены, заниматься «гимнастикой» и своевременно обращаться к врачу.
Между прочим, сохранилось свидетельство, согласно которому питомцев Школы факультативно обучали «прививанию оспы, кровопусканию и ветеринарной науке».
Летом, на два месяца, учебный процесс и интернат выносился из Оренбурга в степь. Здесь, в своеобразном летнем лагере, устанавливались четыре юрты из белой кошмы – для проживания, и одна обычная – для кухни.
Палаты для заболевших
Жизнь в лагере текла во вполне традиционном для кочевников русле. Хотя библиотека присутствовала и здесь (с книгами, в том числе, по ветеринарии), одевались и питались учащиеся по-казахски. Для этого был даже куплен специальный табун дойных кобылиц. Были тут и ездовые скакуны, для того, чтобы воспитанники не забывали навыков верховой жизни.
Какое впечатление воспитанники производили на посторонних?
На Алексея Филипповича Чернышева, академика Императорской академии художеств и уроженца Оренбурга, вот какое:
«…Славные мальчики эти воспитанники: опрятные, благообразные, самодовольные, они, по врожденной каждому азиатцу степенности движений, и теперь кажутся уже проглотившими всю человеческую мудрость; каких же успехов можно ожидать от них после?»
Зарисовки художника дополняют его впечатления.
Андрей Михайлов-Заилийский. Писатель, автор дилогии «К западу от Востока. К востоку от Запада» и географического романа «Казахстан»
