Намедни я рассказывал о Ватикане, государстве-карлике с амбициями сверхдержавы. Хотя мы и промотались вокруг да около, но не по причине размеров. Несмотря на мизерность, найти это теократическое государство, затерявшееся в кварталах Рима, в общем-то несложно. Но входить туда так, сразу, не получается. Столько всего вокруг!
Войдем теперь.
Папский парк
Современный Рим, вообще говоря, даже не пытается создать иллюзии чего-то единого и цельного. Контаминация его бесконечно длинной истории воплощается в нескончаемый градостроительный винегрет, составленный из отдельных площадей, зданий и развалин. Тут имеются современные обиталища, где до сих пор используются стены, сработанные еще рабами во времена Империи. Я встречал дома, в которых обитают добропорядочные жители современного Рима и сквозь которые насквозь проходят фрагменты античных виадуков и арок.
Ватикан в этом отношении (хотя и считается другим государством) выглядит типичной частью Рима. Хотя, наверное, если бы он оказался где-нибудь на градостроительном отшибе, то его бы вполне можно было принять за роскошную усадьбу какого-нибудь графа-герцога.
Полусокрытые от случайных туристов стенами внутренние части Ватикана похожи на киногородок, декорированный для съемок бесконечно длинного сериала о прошлых временах. Или – на парк развлечений для… священнослужителей.
Однако тут есть все, что нужно полноценной столице самодостаточного государства. Несмотря на то, что столица и есть государство (и – наоборот).
Четыре почтамта, несколько редакций газет и журналов, типография (в которой печатают самую тиражируемую книгу на земле), художественные мастерские, вокзал, дворец губернатора, радиокомплекс, особняки, храмы, казармы гвардейцев, академия наук… То ли от нарочитой ухоженности, то ли от того, что все, что только нужно настоящему государству, тут же возникает перед глазами – внутренность Ватикана и смотрится как экзотичная декорация.
Но гораздо большую часть тех, кто пересекает границу Ватикана, влекут не улицы кардиналов, а знаменитые музеи, в которых собрана одна из самых значительных в мире коллекций художественных ценностей. Многие из пап были тонкими ценителями прекрасного. А всегда водившиеся в их распоряжении средства делали из них не только вожделенных меценатов, заказами которых не гнушались и титаны Возрождения, но и вдохновителей археологических поисков бесценных антиков.
Цирк, могила, храм…
Посередине одной из наиболее красивых площадей мира, в самом центре столицы католицизма, стоит древний «солнечный обелиск», привезенный еще древними римлянами из Египта. Когда-то он украшал находившийся на этом месте цирк, где во времена Калигулы и Нерона римские граждане наслаждались своим любимым зрелищем – картинками убийств людей и зверей. Теперь, увенчанный крестом, обелиск, которому поклонялись еще древние солнцепоклонники Гелеополя-Она, являет собой центр одного из самых совершенных архитектурных творения Ренессанса.
По преданию именно тут, где ныне высится прославленный собор, был распят и апостол Петр, принесший из своей Палестины Благую Весть в столицу тогдашнего мира. Это уже значительно позже Рим стал ассоциироваться с всехристианским центром, претендующим чуть ли не на статус земного филиала Небесного царствия. И пап-понтификов вовсе не сразу стали представлять наместниками Бога среди людей.
Грандиозный собор Св. Петра переполнен святынями, предметами поклонения и произведениями искусства настолько, что значение отдельных сакральных артефактов просто перестает восприниматься. Кстати, внутри, в одном из алтарей, есть даже медальоны с изображением крестителей Руси – князя Владимира и его матушки – святой княгини Ольги.
Храм построен на костях. Костях первых христиан, растерзанных дикими зверями на потеху высококультурным римским гражданам в цирке Нерона (могила самого патрона римской церкви – Св. Петра – в подполье апсиды), и костях десятков понтификов, кардиналов и римских аристократов, чьи могилы находятся под полом собора, в так называемых Гротах – пространстве, отделяющем пол от фундамента.
От того, быть может, в колоссальных нефах и под гигантским куполом ощущается атмосфера некрополя, которую не в состоянии пересилить ни совершенные архитектурные линии, ни элементы роскошного декора. Хотя, как мне кажется, свою роль играет и тот диссонанс, который возникает при столкновении мрачноватой торжественности сводов с сотканной из мрамора светлой площадью перед собором.
Прихожая Папы
Ежедневно десятки тысяч паломников со всего мира стекаются в Ватикан для приобщения к святости первосвященников и чудотворности самого места. Самым счастливым удается лицезреть понтифика и внимать его словам. Чтобы стать таким счастливцем, нужно попасть на площадь св. Петра в среду, к 11 утра – обычному времени массовых аудиенций. В теплое время Папа выходит на свой балкон, а в холодное встречает паству в специальном зале.
Лично меня такое преклонение многих перед одним, пусть даже очень хорошим человеком, давно не возбуждает, а скорее – напротив. Да и роль самого католицизма в истории воспоминается, увы, в первую очередь не чудесами подвижничества, а теми ужасами, которые творились под знаком креста в самых разных уголках земного шара.
Потому, не загружая душу религиозным чувством, я могу просто наслаждаться великолепием и красотой Храмовой площади, в которой соединился воедино порыв двух гениальных творцов – Микеланджело и Бернини. Похожая на огромные солнечные часы со стрелкой-обелиском в центре и рассевшимися по циферблату ангелам, Piazza San Pietro, с обрамляющей ее колоннадой, достойна самого долгого созерцания и длительного смакования.
Но паломники воспринимают площадь всего лишь как прихожую собора. И сделав несколько протокольных снимков, тут же пристраиваются в хвост к длинной очереди, пронизывающей металлоискатель и скрывающейся за тяжелыми дверьми храма.
Тут можно услышать самые экзотические языки и говоры жителей Земли. От того очередь эта немного напоминает биржу растерянных строителей Вавилонской башни. После ее падения.
Андрей Михайлов-Заилийский. Писатель, автор дилогии «К западу от Востока. К востоку от Запада» и географического романа «Казахстан»
Фото автора
