«Эоловый город» был обнаружен академиком Владимиром Афанасьевичем Обручевым в горах Хара-арат на реке Дям в начале XX века. Если смотреть от Джунгарских ворот с казахстанской стороны, то это будет по ту сторону – за голыми хребтами Барлык и Майли.
В сердце Джунгарии
Близость Джунгарии к пределам Российской империи, как ни странно, являлось главной причиной того, что место это долгое время оставалось региональным «белым пятном», исследованным гораздо менее, нежели лежащие далее Кашгария, Тибет, или Монголия. Знаменитые экспедиции Императорского Русского Географического Общества пролетали эти земли с максимальным ускорением – самое интересное для них таилось впереди. А возвращаясь, после многолетних походов, они уже не имели ни сил, ни желания задерживаться у порога долгожданного дома.
Единственным, кто проходил в непосредственной близости от этих мест, был М. В. Певцов, двигавшийся по реке Дям и даже отметивший на карте руины какого-то «форта» (возможно, спешивший путешественник «купился» на иллюзию подобно литературному герою «Записок кладоискателя» – см. ниже).
Потому-то открытие Обручева так задержалось и пришлось только на начало XX века.
«На пространстве нескольких десятков квадр. верст здесь рассеяны отдельные холмы и столовые возвышенности, напоминающие полуразрушенные сооружения человека. Наблюдателю, обладающему даже самой скудной фантазией, поневоле напрашивается сравнение с развалинами огромного города, давно покинутого его населением, состоящего из массивных замков, башен, окруженных толстыми стенами, украшенного обелисками, сфинксами и другими изваяниями.
В. А. Обручев в китайском костюме
Во время двух путешествий по Джунгарии в 1906 и 1907 гг. я имел возможность довольно хорошо исследовать эту интересную местность и сделать более 150 фотографических снимков…»
Это строки самого Владимира Афанасьевича взяты из обширной статьи в альманахе «Землеведение» за 1911 год. Годом позже труд был издан отдельной брошюрой.
А вот выдержка из путевых записок знаменитого геолога:
«Гайса называл эту местность Урхо или Орху, а я наименовал ее «эоловый город», т. е. город, созданный Эолом. Красивые или оригинальные формы выветривания я встречал уже не раз во время своих путешествий, но такое обилие их на ограниченной площади и разнообразие форм я видел впервые и не жалел затратить несколько дней, чтобы изучить и описать их подробнее» (Гайса Мусин – казанский татарин, проживавший в Чугучаке, неизменный проводник джунгарских экспедиций Обручева).
Достаточно случайно наткнувшись на удивительный природный объект, в течение нескольких дней путешественник вместе со своими спутниками развлекались тем, что объезжали свой «город» и давали названия все новым и новым «зданиям». Так на их карте появились: «Бастилия», «Замок хана», башни: «Наковальня», «Колдунья», «Игла», «Седло» и пр.
Впрочем, позже оказалось, что все это давно было известно местным жителям. Которые издревле называли Эоловый город Городом бесов (или Нечистых Духов) и считали его местом мутным и опасным. А от того обходили подальше.
Руины Фомы Кукушкина
…Как известно, Обручев был не только путешественником, географом и геологом, но и даровитым писателем, научно-фантастическими опусами которого («Плутония» и «Земля Санникова») зачитывались поколения. На фоне вышеназванных, его книга «В дебрях Центральной Азии» (Записки кладоискателя)» не столь известна широкому читателю. В ней стареющий академик ностальгирует по годам, проведенным в путешествиях, и проходит свои маршруты (а равно и те места, куда стремился, да так и не попал) со своим героем, чугучакским купцом Фомой Кукушкиным.
Одно из путешествий как раз и приводит героя на реку Дям, в Город Нечистых Духов. Дома и башни подкупили любознательного Фому, и он вместе с товарищем даже решился на небольшие археологические раскопки. Которые ни к чему не привели.
Конфуз объяснил один из встречных калмыков:
«Эти здания, башни, улицы, дворцы – все это творения нечистых духов подземного мира. Мы живем рядом и слышим, как эти духи воют и плачут, когда бушует ветер в зимнюю ночь».
Долг юности
…Для меня посещение Эолового города явилось долгом юности. Этим местом (да и не им одним) я «заразился» еще в младших классах, зачитываясь обручевскими «Основами геологии» – лучшим популярным учебником, непревзойденным до сих пор.
Тогда, давно, читая-перечитывая «Основы» и путевые заметки академика (для того, кто еще не разучился читать книги, порекомендую еще один классический труд Владимира Афанасьевича – «По горам и пустыням Средней Азии»), я страстно возжаждал увидеть своими глазами причудливые природные монументы, запечатленные объективом его фотокамеры. С волнением представляя себя среди этих нерукотворных руин, созданных ветрами (и дождями) в уединенных дебрях Джунгарской пустыни. Ну, а позже, после того как вполне оценил и полюбил Синьцзян, одно из самых чарующих мест на этой планете, я просто не мог уклониться от очередного маршрута, чтобы не повстречаться с лелеяной мечтой.
Наверное, поэтому, оказавшись тут я испытал странное чувство прикосновения к чему-то полузабытому, но бесспорно знакомому, и, в то же время, уже не принадлежащее «моей истории». Очень трудно оказалось абстрагироваться от толп китайских туристов, превративших очередной природный объект в живой и суетный туристический объект. Когда Обручев (а вслед за ним его Фома Кукушкин) разбивал тут свой лагерь, над нерукотворными руинами царила первородная пустота, никаких людей поблизости вообще не случилось. И лишь ветер выл и свистел в стенах и башнях.
Деньги из ветра – во власти нечистых духов
С тех пор поменялось многое. Вот характерное описание «Городка чертей» из современного китайского источника на русском языке:
«Поскольку местность открыта для ветров, во все четыре времени года дуют многочисленные ветры, как только начинается приближение большого ветра, желтый песок застилает солнце, завывающий бешенный ветер шныряет по городу, издавая странные чудовищные звуки, заставляя у людей волосы вставать дыбом. На сегодняшний день это одно из мест для внепавильонных киносъемок, это место привлекает многочисленных храбрых и любопытных искателей приключений».
Ощущаете рекламность стиля? Не даром.
«Место» это, магнит для «храбрых и любопытных», обнесено забором и имеет капитальный каменный КПП. Могуйчэн – «Городок чертей» давно стал популярным туристическим объектом, где, вот уж воистину, деньги делают «из ветра». Единственное, что еще как-то бережет сегодня Эоловый город от массового вторжения «искателей приключений», так это его удаленность.
Но туристы, даже такие навязчивые, как китайские – не главная напасть и опасность для удивительного природного уголка.
Рядом с Эоловым городом, на том самом месте, где в прибрежных зарослях реки Дям (Вэйяйхо) стоял когда-то лагерь Обручева, ныне раскинулся небольшой городок Урхо. А дальше, до самого Карамая, тянутся апокалипсические пейзажи нефтяных полей, под самый горизонт уставленные меланхолично молящимися качалками.
Нефть для китайской экономики сегодня важна настолько, что ради нее тут могут пожертвовать многим. Иронично, но наличие «черного золота» в местных недрах было отмечено самим Обручевым.
Минута истории
Признаться, все это изрядно подпортило мне впечатление от соприкосновения с мечтой. Очень непросто оказалось отвлечься от говорливых толп, черных внедорожников и нефтяных вышек. Но день клонился к вечеру, вышки размывались, а туристы смывались. И вместе с тем из глубины вечности все более проступали знакомые очертания. Знакомые? Ну да, по фотографиям в книгах Обручева.
Самое интересное, что «замки» и «дворцы» Эолового Города за время, прошедшее со времен «открытия», не изменились совершенно. Увиденные воочию они во многом повторяли знакомые очертания на фотографиях Обручева столетней давности. И это была приятная неожиданность. Ведь «руины» сложены из достаточно хрупких пород – песчаниковых глин и глинистых песчаников. К тому же «геологические агенты» (дожди, перепады температур, и, в первую очередь, ветер) за ушедшее столетие вряд ли утратили свою «креативность».
Фото 1906 года
Современный снимок
Для наглядности я помещаю тут два фото – один из снимков сделал Обручев в 1906 году, а второй, мой, запечатлел те же места спустя 100 лет. В геологии, если только не случается катастроф, век равен минуте людской истории.
Андрей Михайлов-Заилийский. Писатель, автор дилогии «К западу от Востока. К востоку от Запада» и географического романа «Казахстан»
Фото автора
